Мера конкретного использования фонологических элементов данного языка определяется отношением количества реализаций к количеству возможностей, имеющихся в словарном составе или в потоке действительной речи. У меня под рукой имеются цифры, полученные при анализе словарного состава разных языков, которые показывают, к каким интересным результатам здесь можно прийти. Цифры говорят, что отдельные языки используют фонологические элементы с неодинаковой экономичностью. Так, например, чешский язык содержит не только большее количество согласных фонем, чем немецкий язык, но может также в большей мере использовать их для образования различных комбинаций, и, наоборот, возможности для создания вариаций согласных фонем он реализует гораздо менее интенсивно. Все это вместе взятое показывает, что чешский язык в большей мере, чем немецкий, основывается на принципе различения единиц своего словарного состава на базе накопления различий согласных звуков. Английский и французский языки, использующие фонемы часто еще экономичнее, чем немецкий, свидетельствуют о том, что речь здесь идет о важном типологическом различии, чреватом серьезными последствиями. Указанное свойство этих языков, очевидно, связано с их склонностью к моносиллабизму, который в свою очередь связан с тенденцией к аналитическому выражению, с ослаблением самостоятельности слова и с расширением омонимии. Таким образом, мы приблизились к проблеме сходства и различия, подробное исследование которой нам многое объяснит.
Способность к комбинациям согласных фонем, как и малая экономичность в их использовании, свидетельствует о пристрастии чешского языка к резким контрастам лексических единиц. В чешских словах, состоящих из трех и четырех фонем, я нашел 157 различных сочетаний из двух согласных, тогда как в немецком языке их только 54. То, что чешский язык как славянский отдает предпочтение сочетаниям, стоящим в начале слова, а немецкий, относящийся к германской группе, предпочитает сочетания в конце слова,— факт общеизвестный. Его можно еще раз подтвердить тем, что в словах, состоящих не более чем из четырех звуков, в немецком языке мы находим 21 начальную комбинацию согласных и 47 конечных комбинаций, тогда как в чешском — 160 начальных комбинаций и только 16 конечных. Этому соответствует также характер словообразующих и формообразующих формантов в обоих языках. Количество конечных сочетаний согласных в немецком языке возрастает за счет того, что к корням с конечной согласной здесь часто присоединяются чисто согласные окончания, которых не знает чешский язык. Количество же начальных сочетаний согласных в чешском языке увеличивается за счет того, что корням, начинающимся с согласной, часто предшествуют согласные приставки, в свою очередь не известные немецкому языку.
Исследуя комбинации согласных в разных языках, можно установить еще и другие интересные и важные факты. Можно, например, проследить, где встречаются конечные сочетания согласных — только ли в конце корня, или только на стыке корня и окончания, или в обеих позициях. При рассмотрении в этом аспекте английского языка мы находим, что из конечных сочетаний двух согласных 18 встречаются только в конце корня, 23— на стыке корня и окончания и только 10— в обеих позициях. В немецком языке, напротив, 16 таких сочетаний появляются в конце корня, 4— на стыке корня и окончания и 17— в обеих позициях. Эта разница показывает, что в английском языке окончание выступает как более самостоятельное, более определившееся, чем в немецком языке. Это подтверждается и тем, что в английском языке окончание -s при так называемом групповом генитиве может полностью отделяться от корня, к которому оно относится. Покажем еще (для этого мы приведем только один пример) г что методом структурного фонологического анализа можна установить различие между словом как целой единицей и группой слов. Комбинация mje никогда не встречается в среднечеш-ском произношении внутри слова, поскольку там она всюду была заменена комбинацией тпё, однако на словоразделе она сохранилась (mesto «город»: tam je to «там есть это»). Следовательно, в чешском языке существует совершенно ясное различие между словом как целой единицей и группой слов. Поэтому мы можем с полным основанием ожидать, что фонологический анализ структуры слова и группы слов по-новому осветит проблему самостоятельности слова, а фонология поможет исправить ошибку объективистской фонетики, которая отрицала самостоятельность слова.
Рубрика: