Итак, приложение в его отдельных видах является действенным средством для краткого выражения различных предикативных отношений тождества, не требующих выражения полным предложением. Разговорная речь использует эти выразительные возможности в очень ограниченном количестве и в совершенно элементарной форме. Приложения уточнительные появляются в ней только как отголосок книжной речи, зато оценочные приложения выступают в качестве излюбленной конструкции вследствие их эмоциональной выразительности. Книжная речь в зависимости от характера стиля и личности автора или избегает приложений вообще, или, наоборот, пользуется их услугами искусно и умело. В интеллектуальном стиле приложение очень часто раскрывает основное высказывание в понятийном отношении или уточняет его словесную формулировку, а в речи поэтически взволнованной опять-таки очень часто имеют место оценочные приложения, которые обрисовывают и дорисовывают основное высказывание определенным образом. Проиллюстрируем, по своему обыкновению, эти типичные случаи на ряде примеров. Приложения интеллектуального типа представлены в следующих предложениях, взятых из теоретических трактатов наугад: Tento ustfedni basnicky subjekt je vzdy pocit'ovan v poza-di jako nositel dramatickeho deje, vlastni tvurce jeho proporcio-nality, spadu a jednoty; Tim splyva dekorace s jevistem, ohrani-cenym mistem vyznamove nespecifikovanym, na nemz se insce-nace uskutecnuje; Nadeslo obdobi zvysene vitality, kvasu spole-censkeho i politickeho, dusevniho i hospodafskeho; Dva duchovni proudy charakterisuji beh udalosti v prve polovici cinquecenta; revoluce ducha a estetiky a revoluce mravouky a nabozenstvi «Этот центральный поэтический субъект всегда воспринимается на общем фоне как носитель драматического действия, истинный творец его пропорциональности, движения, развития и единства; Тем самым декорации сливаются со сценой, ограниченной местом, в смысловом отношении неуточненным, где происходит инсценировка; Наступил период повышенной жизнеспособности, брожения общественного и политического, духовного и экономического; Два духовных течения характеризуют ход событий первой половины XV в.: революция духа и эстетики и революция в морали и религии». Можно сказать, что в интеллектуальной прозе совершенно обычными являются приложения пояснительные, простые и перечислительные, и приложения уточнительные. Граница между этими двумя видами приложений иногда стирается, так как при понятийной и формальной обработке смысловой объем выражения определяемого и определяющего оказывается совершенно одинаковым. Такие актуально уточнительные приложения мы находим, о чем свидетельствует хотя бы следующее предложение, в интеллектуальной прозе: Rudolf II, panovnik ceskemu prostfedi zcela cizi, nemuze byt nikterak srovnavan s Karlem IV «Рудольф II, государь, чехам совершенно чуждый, не может никоим образом идти в сравнение с Карлом IV». В целом же этот тип приложений чужд чешскому языковому сознанию, и там, где актуальность уточнения выступает с резкой отчетливостью, в чешском языке гораздо лучше вместо уточнительных приложений употребить полные предложения. Предложение, приведенное только что в качестве примера, лучше звучит в таком оформлении: RudoK IT nemuze byt nikterak srovnavan s Karlem IV, protoze byl panovnik ceskemu prostfedi zcela cizi. «Рудольф И не может идти ни в какое сравнение с Карлом IV, так как он был государем совершенно чуждым чехам». Оценочные приложения образного типа, которые часто встречаются, как уже было сказано, прежде всего в стиле, поэтически взволнованном, можно обнаружить, например, в следующих предложениях:
A tak, zcela ve stylu vlastniho sveho zivota, nevybiral si Jindfich Hofejsi, tento pesak snu i umeni, poslani «И так, совершенно в стиле своей собственной жизни, не выбирал себе Инд-ржих Горжейши, этот пехотинец мечты и искусства, легкого призвания».
Vitr, nedockavy milenec, cuchal vlasy hezkych zen pod klo-bouky, rozcarovaval jim oci, barvil lice a zneklidnoval pohyby «Ветер, нетерпеливый возлюбленный, трепал волосы красивых женщин под шляпками, делал разочарованными их глаза, окрашивал щеки и делал встревоженными их движения». Такие именные варианты аппозиционного типа имеют важное стилистпческое значение. Они возникают или из потребности выразить игривость либо избалованность, или из потребности выразить стремительное чувство, гнев либо нежную преданность, причем индивидуум стремится нагромождением подобных выражений передать свою взволнованность и напряженность. В случае, когда приложение является самоцелью, оно выступает как признак легкого или нарочито показного стиля.
Деепричастные обороты сходны с приложениями в том смысле, что также являются пол у предикативными конструкциями, но в других отношениях они значительно отличаются от приложений. Деепричастные обороты в чешском языке всегда относятся только к подлежащему предложения, и их предикативный характер весьма отчетлив. Поскольку это выражения не столько именные, сколько глагольные, мы будем относить их к глагольно-именным выражениям. Это прежде всего означает, что их связь с подлежащим действительна только для конкретной ситуации, что она, следовательно, имеет актуальную значимость и что в своем содержании эта связь руководствуется привычным смысловым объемом глагола. Отношение между приложением и выражением, определяемым им, мы охарактеризовали как отношение широкого тождества. В деепричастных оборотах также может идти речь о выражении тождества (byt песо «быть чем-то»), но в большинстве случаев «они выражают другие отношения. Благодаря деепричастным оборотам подлежащему предложения приписывается деятельность (kraceti «шагать») или процесс (hniti «гнить»), состояние (lezeti «лежать», byti nekde «быть где-то»), свойство (byt nejaky «быть каким-то») или принадлежность чего-то (miti «иметь»). На глагольный характер деепричастных оборотов указывает, наконец, то, что они причастны к глагольному времени, виду, залогу. Особенно четко и точно различается в деепричастных оборотах временная градация в сочетании с видовыми оттенками, с одной стороны, в соответствии с одновременностью или предшествованием действия, что вместе с тем означает совершенность и несовершенность действия, с другой — в соответствии с тем, какое действие является при предшествующем действии основным.
Рубрика: