Ближе всего к семе стоит морфема. Дифференциация сема : : морфема по-разному развита в отдельных языках. Например, она почти не встречается в турецком языке. Напротив, она богато представлена в так называемых флективных языках. Важную роль она играет в эмоционально окрашенном стиле. Дифференциации между морфемами связаны с дифференциациями между семами.
Несколько дальше от семы отстоит слово» Степень дифференциации морфема (сема): слово не одинакова в разных языках. В отдельных языках, в особенности таких, которые обычно называются флективными, эта дифференциация представляет для нас определенный интерес. В некоторых классах слов каждое слово должно включать по крайней мере две морфемы морфему корня и морфему окончания (помимо деривационной морфемы). Подобная «словесная модель» зафиксирована, например, в чешском, латинском, греческом и финском языках для существительных, прилагательных, местоимений и глаголов. Напротив, в венгерском и турецком языках она обнаруживается только у глаголов. Существительные в этих языках обладают только формой основы, которая, сочетаясь с послелогами, выступает вместо присущего другим языкам оконча ния именительного падежа (в чешском, финском и других языках в этом случае всегда используется падежная форма с окончанием).
В большинстве языков слово существует как отчетливо выраженная, постоянная единица. В связи с этим язык можно расчленить на ряд слов; в результате появляется новая плоскость, на которой могут возникать новые оппозиции.
На основе корневой семы создается дифференциация семан-темные слова : формальные слова. Исходя из корневой семы, последние можно разделить на местоимения, послелоги и т. д. Формальные слова не присоединяют (последовательно или потенциально) деривационных сем (исключением являются, например, венг. itt «здесь» : itteni «здешний», чешек, ten «этот, тот» ta|m «туда, там», zde «здесь»: zde|jsi «здешний», венг. valami «что-то, кое-что, немного» : valami|cske «немножечко»).
Семантемные [или семантематические (semantematischen) ] слова обладают оппозицией именных и глагольных групп. Но она отнюдь не такая однородная, как можно было бы предположить. Она возникает, во-первых, в связи с дифференциацией именных и глагольных семантем, и в этом случае представляет собой дифференциацию. Другим ее источником служит присоединение именных и глагольных деривационных элементов к глагольным и именным семантемам. Так возникает корреляция (vag|ni «резать» : vag|as «резание», jar|ni «ходить» : jar|as «хождение», szep «красивый» : szep|it|eni «делать красивым, украшать», jo «хороший» : javjit |ani «исправлять»). То же относится к оппозиции существительное: прилагательное + глагол. Последняя отнюдь не является пустой абстракцией. Она проявляется, например, в сочетании существительного с прилагательным, глагола и прилагательного с соответствующим наречием.
В некоторых языках одна из этих оппозиций сокращается или исчезает совсем. Так, например, в турецком языке сливаются существительное и прилагательное, а в корейском — прилагательное и глагол.
Очень сложны оппозиции грамматического рода имен существительных. Из рассматриваемых нами детально языков они представлены только в чешском языке. В этом языке одушевленные существительные имеют три семемы рода, соотношение между которыми представляет собой не корреляцию, а реляцию, другими словами, они являются здесь простыми семами. Укажем на следующие реляции: зрелое существо : незрелое существо, существо мужского рода : существо женского рода. Одушевленным именам существительным противостоят неодушевленные. Так как эти классы не образуют пары, следует говорить в этом случае о дифференциации. Характеристика данной дифференциации следующая: во-первых, у неодушевленных существительных родовые признаки не составляют парного противопоставления (дифференциация); во-вторыхг в мужском роде винительный падеж неодушевленных существительных совпадает с именительным, а у существительных одушевленных — с родительным.
Наконец, можно говорить о дифференциации личных и безличных слов, которая характеризуется сочетанием с вопросительными местоимениями kdo «кто», со «что».
Но и в языках, где грамматический род не играет главенствующей роли, например в турецком, финском и венгерскомг можно проследить известную аналогию. В них, по-видимому, существует дифференциация одушевленное : неодушевленное, которая характеризуется возможностью передавать различия в биологическом роде. То же справедливо и для дифференциации личное : безличное, которая здесь, как и в чешском языке, выражается с помощью вопросительных местоимений (ki «кто», mi «что»; kuka «кто», mika «что»; kim «кто», пе «что»), а также указательных местоимений (финск. han, se «он»).
Однако все это скорее относится к структурной семантикег которой мы здесь касаться не станем. Прилагательное, кроме того, находится в оппозиции к наречию. Эта оппозиция также является отчасти корреляцией, отчасти дифференциацией. В некоторых языках (например, турецком) данная оппозиция резко сокращается.
Рубрика: